Левон Мнацаканян: АЗЕРБАЙДЖАН ВЫБРАЛ ПУТЬ, БЛИЗКИЙ К ВОЙНЕ
Interview
Проходящий год был плодотворным для ВС Арцаха, так как программы, направленные на повышение боевой готовности армии, были реализованы. Такую оценку дал, в интервью «Арцахпресс», министр обороны НКР генерал Армии обороны Левон Мнацаканян. Он рассказал о сегодняшних проблемах и вызовах, а также объяснил, почему международные эксперты стали исключать применение "блицкрига" со стороны Азербайджана.
- Господин Мнацаканян, если подытожить 2015 год, то каким он был для армии Арцаха?
- С этой точки зрения 2015 год, можно сказать, был плодотворным для ВС Арцаха, так как все программы и проекты были реализованы и направлены на повышение боевой готовности армии. Повышение боевых навыков командиров всех рангов и просто рядовых было приоритетом, с помощью теории и практических занятий очень много работы проделано для укрепления передовой. Кроме того, огромное внимание было уделено обеспечению боевой техники и процессу ее внедрения и использования, безопасности тыла, обеспечению приличных социальных условий для военнослужащих и их семей и т.д. Благодаря вышеперечисленным и другим работам армия не только смогла обеспечить продолжительность достижения предыдущих годов, но и выполнить свою миссию на наивысшем уровне – обеспечить мир и безопасность своего народа.
- Недавно один из экспертов оценил ситуацию последних лет как ‘’медленную войну’’. Вы согласны с этим определением?
- В действительности обостренная ситуация на линии соприкосновения ВС Арцаха и Азербайджана начиная с августа 2014 года, которая спровоцирована исключительно азербайджанской стороной, никоим образом не соответствует подписанному в мае 1994 года соглашению о режиме прекращения огня. Очевидно, что Азербайджан не только меняет стратегию своих атакующих действий, но и применяемую технику и средства. Таким образом, если вначале Азербайджан использовал лишь снайперов и диверсии, то с марта 2015 года стал использовать минометы, гранатометы и зенитно-ракетные комплексы разных калибров. Например, гаубицы Д-20 122 мм, ракетные установки ТР-107 турецкого производства, танки. А если учесть случай сбитого вертолета в ноябре, то станет явным, что Азербайджан выбрал не путь мирных переговоров, а почти что военный способ.
- За последний год Азербайджан применяет оружие турецкого производства. Поднимается ли этот вопрос во время встреч с сопредседателями Минской группы ОБСЕ?
- В рамках своих полномочий во время встреч с представителями Минской группы я затрагиваю не только эти вопросы, но и вопросы, касающиеся ситуации на линии соприкосновения. Что же касается их реакции, то было бы лучше при подходящем случае задать этот вопрос сопредседателям. Турция также является членом НАТО.
- Как вы думаете, насколько молчание НАТО в этой связи соответствует принципам и идеям этой организации?
- С этим вопросом лучше обратиться к соответствующему адресату. Если несколько лет назад международные эксперты, прогнозирующие войну в Арцахе, считали, что Азербайджан пойдет на блицкриг, то в последнее время нет такого мнения.
- Как вы думаете, с чем это связано? Что послужило причиной того, что эксперты поменяли свое мнение?
- Я бы сказал, что о блицкриге говорили те, кто не владел информацией полностью или находился под влиянием азербайджанской агиткампании. А о возможной войне и возможностях противников могут судить лишь те, кто владеет реальной информацией о двух конфликтующих сторонах. Наверное, эти эксперты уже владеют данной информацией.
- Господин министр, несколько лет назад был представлен отчет, согласно которому солдаты, погибшие от пули противника, получали ранение именно в области головы и связывали это также с невнимательностью солдат. Какова ситуация сегодня? Какие работы проводятся в этом направлении?
- Если на передовой регулярно нарушается режим прекращения огня из оружия разных калибров, а война между снайперами уже стала очевидной, то ясно, что без потерь не обойтись. Но это не означает, что мы должны смириться с этой ситуацией и искать оправдания. Мы согласны с этим и готовы искать пути не для исключения, а хотя бы для сокращения таких случаев. Для достижения этого необходимо сперва воспитать в солдатах необходимые психологические и моральные качества и, конечно, обеспечить соответствующим инженерным оборудованием боевые позиции. Это два важнейших направления, над которыми мы сегодня работаем.
- Господин Мнацаканян, к сожалению, в этом году было много жертв в армии. Есть ли статистические данные? Какой процент занимают погибшие в мирное время?
- Смерть каждого солдата для нас большая утрата вне зависимости от того, случилось это в мирное время или в военное. Это реалия, которая измеряется не статистикой, а людскими судьбами… Поверьте, смерть даже одного солдата для нашей армии - огромная потеря, и в связи с этим мы должны сделать все возможное и невозможное во избежание таких случаев.
- Господин Мнацаканян, над какими направлениями, проблемами и вызовами вы будете работать в следующие годы?
- Как всегда, и в последующие годы мы будем работать над укреплением армии. Для этого есть все условия. Уверен, что армия и народ сделают все возможное для обеспечения мира в стране.
- Господин Мнацаканян, если подытожить 2015 год, то каким он был для армии Арцаха?
- С этой точки зрения 2015 год, можно сказать, был плодотворным для ВС Арцаха, так как все программы и проекты были реализованы и направлены на повышение боевой готовности армии. Повышение боевых навыков командиров всех рангов и просто рядовых было приоритетом, с помощью теории и практических занятий очень много работы проделано для укрепления передовой. Кроме того, огромное внимание было уделено обеспечению боевой техники и процессу ее внедрения и использования, безопасности тыла, обеспечению приличных социальных условий для военнослужащих и их семей и т.д. Благодаря вышеперечисленным и другим работам армия не только смогла обеспечить продолжительность достижения предыдущих годов, но и выполнить свою миссию на наивысшем уровне – обеспечить мир и безопасность своего народа.
- Недавно один из экспертов оценил ситуацию последних лет как ‘’медленную войну’’. Вы согласны с этим определением?
- В действительности обостренная ситуация на линии соприкосновения ВС Арцаха и Азербайджана начиная с августа 2014 года, которая спровоцирована исключительно азербайджанской стороной, никоим образом не соответствует подписанному в мае 1994 года соглашению о режиме прекращения огня. Очевидно, что Азербайджан не только меняет стратегию своих атакующих действий, но и применяемую технику и средства. Таким образом, если вначале Азербайджан использовал лишь снайперов и диверсии, то с марта 2015 года стал использовать минометы, гранатометы и зенитно-ракетные комплексы разных калибров. Например, гаубицы Д-20 122 мм, ракетные установки ТР-107 турецкого производства, танки. А если учесть случай сбитого вертолета в ноябре, то станет явным, что Азербайджан выбрал не путь мирных переговоров, а почти что военный способ.
- За последний год Азербайджан применяет оружие турецкого производства. Поднимается ли этот вопрос во время встреч с сопредседателями Минской группы ОБСЕ?
- В рамках своих полномочий во время встреч с представителями Минской группы я затрагиваю не только эти вопросы, но и вопросы, касающиеся ситуации на линии соприкосновения. Что же касается их реакции, то было бы лучше при подходящем случае задать этот вопрос сопредседателям. Турция также является членом НАТО.
- Как вы думаете, насколько молчание НАТО в этой связи соответствует принципам и идеям этой организации?
- С этим вопросом лучше обратиться к соответствующему адресату. Если несколько лет назад международные эксперты, прогнозирующие войну в Арцахе, считали, что Азербайджан пойдет на блицкриг, то в последнее время нет такого мнения.
- Как вы думаете, с чем это связано? Что послужило причиной того, что эксперты поменяли свое мнение?
- Я бы сказал, что о блицкриге говорили те, кто не владел информацией полностью или находился под влиянием азербайджанской агиткампании. А о возможной войне и возможностях противников могут судить лишь те, кто владеет реальной информацией о двух конфликтующих сторонах. Наверное, эти эксперты уже владеют данной информацией.
- Господин министр, несколько лет назад был представлен отчет, согласно которому солдаты, погибшие от пули противника, получали ранение именно в области головы и связывали это также с невнимательностью солдат. Какова ситуация сегодня? Какие работы проводятся в этом направлении?
- Если на передовой регулярно нарушается режим прекращения огня из оружия разных калибров, а война между снайперами уже стала очевидной, то ясно, что без потерь не обойтись. Но это не означает, что мы должны смириться с этой ситуацией и искать оправдания. Мы согласны с этим и готовы искать пути не для исключения, а хотя бы для сокращения таких случаев. Для достижения этого необходимо сперва воспитать в солдатах необходимые психологические и моральные качества и, конечно, обеспечить соответствующим инженерным оборудованием боевые позиции. Это два важнейших направления, над которыми мы сегодня работаем.
- Господин Мнацаканян, к сожалению, в этом году было много жертв в армии. Есть ли статистические данные? Какой процент занимают погибшие в мирное время?
- Смерть каждого солдата для нас большая утрата вне зависимости от того, случилось это в мирное время или в военное. Это реалия, которая измеряется не статистикой, а людскими судьбами… Поверьте, смерть даже одного солдата для нашей армии - огромная потеря, и в связи с этим мы должны сделать все возможное и невозможное во избежание таких случаев.
- Господин Мнацаканян, над какими направлениями, проблемами и вызовами вы будете работать в следующие годы?
- Как всегда, и в последующие годы мы будем работать над укреплением армии. Для этого есть все условия. Уверен, что армия и народ сделают все возможное для обеспечения мира в стране.
