Партийный проект Ара Абрамяна: интрига к выборам 2017 года?
Аналитика
На фоне последовательного продвижения правящей в Армении Республиканской партии (РПА) к своей основной на сегодня цели – переход конституционной реформой к парламентской форме правления на внутриполитическом поле республики появилась определённая интрига. В том, что власти доведут свой проект до логического завершения 6 декабря, когда состоится референдум, мало кто сомневается – даже те малочисленные и во многом дезорганизованные политические группировки страны, изначально высказавшиеся против конституционного проекта РПА.
За месяц до референдума два так называемых общественных фронта противников перехода к парламентской республике продолжают попытки привлечь к себе внимание посылами о готовящейся ими смене власти. При этом «фронтовики» из объединения «Нет», где на первых ролях партия «Армянский национальный конгресс», и движения «Новая Армения», ведомое непримиримой оппозицией в лице «Учредительного парламента», не смогли объединить свои усилия. Обе инициативы идут на референдум с разными штабами агитаторов против принятия видоизменённого Основного закона. В стане системной оппозиции, заседающей в нынешнем созыве парламента, отсутствие единства в деле срыва конституционного проекта властей представлено ещё более рельефно.
Предреферендумный этап закрепил тенденцию на дальнейшую фрагментацию оппозиционных сил. Оппонентам власти не удаётся консолидация даже вокруг такого конкретного вопроса, как одобрение или отклонение выдвинутых РПА поправок в Конституцию. К чему прогрессирующий разброд мнений в оппозиционном лагере может привести ближе к выборам 2017 года – легко прогнозировать.
Отмеченная же нами интрига появилась на весьма предсказуемом внутриполитическом поле Армении именно в тот момент, когда, казалось, власти гарантированы от любых сюрпризов в обозримой перспективе. Российский олигарх армянского происхождения глава зарегистрированной в РФ общественной организации «Союз армян России» (САР) Ара Абрамян объявил о своих планах по созданию новой партии в Армении. Из первых заявлений А. Абрамяна следовало, что окончательное решение им пока не принято, но работа на экспертном уровне по написанию программы и устава вновь формируемого политического объединения интенсивно стартовала. Абрамян назвал примерный срок, когда он полностью определится со своей идеей, – март 2016 года.
Проект Абрамяна оказался для армянских властей озадачивающим по ряду причин. В первую очередь, эксперты обратили внимание на «страну происхождения» данной идеи. Глава САР является гражданином РФ, своим капиталом практически исключительно оперирует на российском рынке и при каждом удобном случае намекает на имеющиеся у него тесные связи в высших кругах Москвы. Первыми заявлениями в Ереване, оповестившими армянскую публику о задумке по созданию новой партии, Абрамян попытался дистанцироваться от определённых кривотолков. «Руки Кремля» в этом проекте, по его словам, нет, а со своей идеей он решил выйти на политическое поле исторической родины, прежде всего, преследуя цель - выправление социально-экономического положения в одной из беднейших стран на постсоветском пространстве.
Партия создаётся для участия в предстоящих парламентских выборах, старался быть предельно лаконичным Абрамян. Политические мотивы своего начинания он обозначил с помощью экономических задач: «улучшение состояния страны», реализация социально-экономических программ и привлечение крупных инвестиций. Было также отмечено недостаточное использование потенциала армянской диаспоры. В этом контексте Абрамян обмолвился о своих возможностях по направлению потенциала армянских общин зарубежья в нужное русло не только применительно к России. Его амбиции простираются куда дальше – вплоть до освоения ресурсной базы диаспоры в США.
От услышанных из уст бизнесмена программных тезисов осталось двоякое впечатление. Дескать, ничего против РПА не имеем, но создавать в Армении партию для участия в следующих общенациональных выборах всё же будем. В подобной аргументации ощутима некоторая недосказанность, впрочем, как и уязвимость с точки зрения юридической. (1)
Для продолжения «меценатства» в отношении своей родины, помощи соотечественникам, прежде всего в родном селе Абрамяна в Вайоцдзорской области, ему не было нужды создавать партию. Осуществление же системных изменений в экономической сфере закавказской республики требует вхождения во власть, трамплином к чему и является формирование нового политического объединения. В таком случае оспаривается не только внутриполитическое первенство РПА, но и ставится под большой вопрос возможность и само желание правящей партии проводить насущные экономические реформы, а не заниматься тем, на чём она ныне сконцентрировалась при всём социально-экономическом негативе в стране.
В том, что глава САР презентует в Армении, пресловутой «руки Кремля», возможно, и нет. Но расставленные акценты всё же не могли не насторожить руководство РПА.
В политических кругах Москвы деликатно воздерживаются от оценок приближающегося к развязке конституционного проекта армянских властей. Однако на уровне экспертного сообщества идут сигналы по меньшей мере сдержанно критического отношения к переходу Армении к парламентской форме правления. Указание на размытость центра принятия решений, ожидающую систему государственной власти республики, нынешнюю слабость самого парламентаризма в республике, который следовало укреплять, а не выводить на первые роли, – это мнение видных российских аналитиков заслуживает самого серьёзного к себе отношения.
С позиций сегодняшнего дня у РПА нет серьёзных поводов для беспокойства. Властный «профсоюз» высшей бюрократии и крупного бизнеса действует в режиме отлаженного механизма, время от времени подпитываясь дополнительной энергией. Последним таким значимым импульсом к укреплению самооценки руководства РПА стала известная история с вытеснением из политического поля крупнейшего предпринимателя республики Гагика Царукяна. До марта 2015 года у него была вторая по величине и реальной силе партия. Теперь партийное наследие полностью ушедшего в бизнес Царукяна находится в удручающем состоянии. Все предыдущие месяцы в воздухе витал вопрос, кто смог бы занять освободившуюся нишу партийной силы, действующей чуть левее центра (на платформе социально ориентированной экономической политики) и с чётким пророссийским внешним вектором. После «программной» ереванской речи Абрамяна эксперты склоняются к мнению, что миссия крепкого конкурента РПА с указанными политическими установками предназначена именно новой партии главы «Союза армян России».
Мощная поддержка из России, безусловно, способна склонить чашу весов на армянском пространстве власти в пользу той или иной силы. Но на одном внешнем факторе добиться политического успеха в закавказской республике не представляется достижимым. Необходимо сочетание ряда важнейших внутренних элементов, способных обеспечить новой партийной единице стартовые «драйверы» для развития инициативы. Это последовательная работа с протестной социальной базой, перенесённая на язык политической программы создаваемой партийной силы. Это финансовые ресурсы, требуемые на развёртывание системной агиткампании на местах, медийную работу, поставленную на профессиональную основу. Наконец, это наличие яркого лидера с близкими к прорывным идеями, который будет воспринят электоратом в качестве здоровой альтернативы действующим властям. В случае с проектом Абрамяна отмеченное находится в явно зачаточном состоянии и, возможно, так никогда и не обретёт предметности. Ни по одному из указанных пунктов у Абрамяна нет шансов обойти РПА даже на отдельно взятом отрезке будущей предвыборной кампании.
И в плане внешней российской поддержки далеко не всё так очевидно. Отнюдь не факт, что именно с фигурой главы САР в российских политических кругах связываются некие планы на армянском направлении.
Будучи при любом раскладе человеком из «бизнеса», Абрамян, возможно, и не так уязвим, как Царукян. Но его уязвимость при хорошо поставленной информационной работе армянских властей уже становится достоянием общественности. Причём не только в Ереване. По набирающей в армянских СМИ силу волне критических публикаций в связи с обнародованными Абрамяном планами можно понять, что власти восприняли это если и не в качестве вызова, то как минимум как повод для принятия упреждающих действий. Абрамян с его проектом явно не вписывается в стратегию РПА по конструированию комфортного для неё расклада партийных сил после выборов 2017 года. Миссия «второго номера», «младшего» партнёра по коалиции, готового довольствоваться этой ролью, предназначена старейшей армянской партии «Дашнакцутюн» (АРФД). И хотя окончательных решений на сей счёт не принято, учитывая, что РПА и АРФД ещё предстоит пройти длинную дистанцию для взаимных согласований, на текущий момент проступили контуры именно этой перспективы. Новый же игрок может появиться в Армении исключительно в качестве конкурента РПА, но никак не потенциального партнёра правящей партии в формировании будущей коалиции.
Прозападность РПА, её тяготение к выстраиванию продвинутых отношений, прежде всего, с европейскими политическими центрами являются фактом. Сам конституционный проект властей, как об этом не раз говорилось, можно рассматривать в качестве одного из шагов, срочно предпринятых за решением о присоединении к ЕАЭС для выравнивания отношений с европейцами. После сентября 2013 года, когда президент Серж Саргсян окончательно определился с евразийским выбором страны и немедленно запустил процесс конституционных изменений, армянские власти предприняли усилия по части поддержания так называемой многовекторности внешнего курса.
РПА пытается утвердиться в роли единственной армянской политической силы, способной успешно вести страну по пути сбалансированного ведения дел с Россией и Западом. Под тезис правящей партии о необходимости удержания республики от «перекосов», а значит, и от возможной дестабилизации извне стали подгоняться различные вопросы. Не избежал этой участи и проект Абрамяна. Очевидно, что появление главы САР в политической жизни Армении и его заявка на серьёзную роль, подчёркнутый пиетет в отношении В. Путина не могут не настораживать Запад. С учётом всех этих факторов западные круги склонны видеть в Абрамяне угрозу полного перемещения Еревана в орбиту Москвы.
Зарождение любой партии – от подачи учредительной идеи до первых реальных политических шагов вновь созданного объединения – должно пройти проверку временем. Проект Абрамяна ныне пребывает почти исключительно в форме идеи, которая примечательна, скорее, не самой возможностью появления в Армении нового политического игрока, а временем её подачи. Выстраивается определённая последовательность событий. 8 октября президент С. Саргсян издаёт указ о проведении конституционного референдума. 10 октября стартует агитационная кампания сторонников и противников реформы. И уже 14 октября в Ереване со своей идей о создании новой армянской партии выступает Абрамян.
Его проект не мог появиться на пустом месте. Мы склоняемся к мнению, что таким образом из Москвы в Ереван мог поступить следующий сигнал: если РПА с подобным упорством продвигает свою главную цель воспроизводства во власти, то ей надо быть готовой к серьёзной конкуренции в будущем парламенте. При этом вовсе не обязательно, чтобы РПА такую конкуренцию создал именно Абрамян со своей потенциальной партией. В настоящее время больше признаков того, что функция Абрамяна ограничится лишь открытием перед РПА обозначенной перспективы. В Москве нет иллюзий по поводу политических способностей главы САР, наличия у него потенциала стать условным Бидзиной Иванишвили для армянского политического континуума. Но на горизонте могут появиться новые люди (или «почти новые», отошедшие в 2008 году в политическую тень) со своими программами и идеями, для реализации которых до парламентских выборов 2017 года есть значительный запас времени.
Власти инициировали переход к парламентской республике, а значит, возможное появление новых игроков формально укладывается в логику запущенного РПА процесса. Другой вопрос, насколько правящая партия сохранит свои доминирующие позиции в перспективе ближайших полутора лет, когда внутриполитический центр тяжести будет перенесён в русло «партийной демократии».
Предполагается, что у Абрамяна двойное гражданство Армении и России. По некоторым данным – только российское гражданство. И в том, и в другом случае по законодательству Республики Армения запрещается даже членство в политическом объединении, регистрируемом на территории республики. О создании же партии иностранным гражданином или при его юридическом участии не может быть и речи.
За месяц до референдума два так называемых общественных фронта противников перехода к парламентской республике продолжают попытки привлечь к себе внимание посылами о готовящейся ими смене власти. При этом «фронтовики» из объединения «Нет», где на первых ролях партия «Армянский национальный конгресс», и движения «Новая Армения», ведомое непримиримой оппозицией в лице «Учредительного парламента», не смогли объединить свои усилия. Обе инициативы идут на референдум с разными штабами агитаторов против принятия видоизменённого Основного закона. В стане системной оппозиции, заседающей в нынешнем созыве парламента, отсутствие единства в деле срыва конституционного проекта властей представлено ещё более рельефно.
Предреферендумный этап закрепил тенденцию на дальнейшую фрагментацию оппозиционных сил. Оппонентам власти не удаётся консолидация даже вокруг такого конкретного вопроса, как одобрение или отклонение выдвинутых РПА поправок в Конституцию. К чему прогрессирующий разброд мнений в оппозиционном лагере может привести ближе к выборам 2017 года – легко прогнозировать.
Отмеченная же нами интрига появилась на весьма предсказуемом внутриполитическом поле Армении именно в тот момент, когда, казалось, власти гарантированы от любых сюрпризов в обозримой перспективе. Российский олигарх армянского происхождения глава зарегистрированной в РФ общественной организации «Союз армян России» (САР) Ара Абрамян объявил о своих планах по созданию новой партии в Армении. Из первых заявлений А. Абрамяна следовало, что окончательное решение им пока не принято, но работа на экспертном уровне по написанию программы и устава вновь формируемого политического объединения интенсивно стартовала. Абрамян назвал примерный срок, когда он полностью определится со своей идеей, – март 2016 года.
Проект Абрамяна оказался для армянских властей озадачивающим по ряду причин. В первую очередь, эксперты обратили внимание на «страну происхождения» данной идеи. Глава САР является гражданином РФ, своим капиталом практически исключительно оперирует на российском рынке и при каждом удобном случае намекает на имеющиеся у него тесные связи в высших кругах Москвы. Первыми заявлениями в Ереване, оповестившими армянскую публику о задумке по созданию новой партии, Абрамян попытался дистанцироваться от определённых кривотолков. «Руки Кремля» в этом проекте, по его словам, нет, а со своей идеей он решил выйти на политическое поле исторической родины, прежде всего, преследуя цель - выправление социально-экономического положения в одной из беднейших стран на постсоветском пространстве.
Партия создаётся для участия в предстоящих парламентских выборах, старался быть предельно лаконичным Абрамян. Политические мотивы своего начинания он обозначил с помощью экономических задач: «улучшение состояния страны», реализация социально-экономических программ и привлечение крупных инвестиций. Было также отмечено недостаточное использование потенциала армянской диаспоры. В этом контексте Абрамян обмолвился о своих возможностях по направлению потенциала армянских общин зарубежья в нужное русло не только применительно к России. Его амбиции простираются куда дальше – вплоть до освоения ресурсной базы диаспоры в США.
От услышанных из уст бизнесмена программных тезисов осталось двоякое впечатление. Дескать, ничего против РПА не имеем, но создавать в Армении партию для участия в следующих общенациональных выборах всё же будем. В подобной аргументации ощутима некоторая недосказанность, впрочем, как и уязвимость с точки зрения юридической. (1)
Для продолжения «меценатства» в отношении своей родины, помощи соотечественникам, прежде всего в родном селе Абрамяна в Вайоцдзорской области, ему не было нужды создавать партию. Осуществление же системных изменений в экономической сфере закавказской республики требует вхождения во власть, трамплином к чему и является формирование нового политического объединения. В таком случае оспаривается не только внутриполитическое первенство РПА, но и ставится под большой вопрос возможность и само желание правящей партии проводить насущные экономические реформы, а не заниматься тем, на чём она ныне сконцентрировалась при всём социально-экономическом негативе в стране.
В том, что глава САР презентует в Армении, пресловутой «руки Кремля», возможно, и нет. Но расставленные акценты всё же не могли не насторожить руководство РПА.
В политических кругах Москвы деликатно воздерживаются от оценок приближающегося к развязке конституционного проекта армянских властей. Однако на уровне экспертного сообщества идут сигналы по меньшей мере сдержанно критического отношения к переходу Армении к парламентской форме правления. Указание на размытость центра принятия решений, ожидающую систему государственной власти республики, нынешнюю слабость самого парламентаризма в республике, который следовало укреплять, а не выводить на первые роли, – это мнение видных российских аналитиков заслуживает самого серьёзного к себе отношения.
С позиций сегодняшнего дня у РПА нет серьёзных поводов для беспокойства. Властный «профсоюз» высшей бюрократии и крупного бизнеса действует в режиме отлаженного механизма, время от времени подпитываясь дополнительной энергией. Последним таким значимым импульсом к укреплению самооценки руководства РПА стала известная история с вытеснением из политического поля крупнейшего предпринимателя республики Гагика Царукяна. До марта 2015 года у него была вторая по величине и реальной силе партия. Теперь партийное наследие полностью ушедшего в бизнес Царукяна находится в удручающем состоянии. Все предыдущие месяцы в воздухе витал вопрос, кто смог бы занять освободившуюся нишу партийной силы, действующей чуть левее центра (на платформе социально ориентированной экономической политики) и с чётким пророссийским внешним вектором. После «программной» ереванской речи Абрамяна эксперты склоняются к мнению, что миссия крепкого конкурента РПА с указанными политическими установками предназначена именно новой партии главы «Союза армян России».
Мощная поддержка из России, безусловно, способна склонить чашу весов на армянском пространстве власти в пользу той или иной силы. Но на одном внешнем факторе добиться политического успеха в закавказской республике не представляется достижимым. Необходимо сочетание ряда важнейших внутренних элементов, способных обеспечить новой партийной единице стартовые «драйверы» для развития инициативы. Это последовательная работа с протестной социальной базой, перенесённая на язык политической программы создаваемой партийной силы. Это финансовые ресурсы, требуемые на развёртывание системной агиткампании на местах, медийную работу, поставленную на профессиональную основу. Наконец, это наличие яркого лидера с близкими к прорывным идеями, который будет воспринят электоратом в качестве здоровой альтернативы действующим властям. В случае с проектом Абрамяна отмеченное находится в явно зачаточном состоянии и, возможно, так никогда и не обретёт предметности. Ни по одному из указанных пунктов у Абрамяна нет шансов обойти РПА даже на отдельно взятом отрезке будущей предвыборной кампании.
И в плане внешней российской поддержки далеко не всё так очевидно. Отнюдь не факт, что именно с фигурой главы САР в российских политических кругах связываются некие планы на армянском направлении.
Будучи при любом раскладе человеком из «бизнеса», Абрамян, возможно, и не так уязвим, как Царукян. Но его уязвимость при хорошо поставленной информационной работе армянских властей уже становится достоянием общественности. Причём не только в Ереване. По набирающей в армянских СМИ силу волне критических публикаций в связи с обнародованными Абрамяном планами можно понять, что власти восприняли это если и не в качестве вызова, то как минимум как повод для принятия упреждающих действий. Абрамян с его проектом явно не вписывается в стратегию РПА по конструированию комфортного для неё расклада партийных сил после выборов 2017 года. Миссия «второго номера», «младшего» партнёра по коалиции, готового довольствоваться этой ролью, предназначена старейшей армянской партии «Дашнакцутюн» (АРФД). И хотя окончательных решений на сей счёт не принято, учитывая, что РПА и АРФД ещё предстоит пройти длинную дистанцию для взаимных согласований, на текущий момент проступили контуры именно этой перспективы. Новый же игрок может появиться в Армении исключительно в качестве конкурента РПА, но никак не потенциального партнёра правящей партии в формировании будущей коалиции.
Прозападность РПА, её тяготение к выстраиванию продвинутых отношений, прежде всего, с европейскими политическими центрами являются фактом. Сам конституционный проект властей, как об этом не раз говорилось, можно рассматривать в качестве одного из шагов, срочно предпринятых за решением о присоединении к ЕАЭС для выравнивания отношений с европейцами. После сентября 2013 года, когда президент Серж Саргсян окончательно определился с евразийским выбором страны и немедленно запустил процесс конституционных изменений, армянские власти предприняли усилия по части поддержания так называемой многовекторности внешнего курса.
РПА пытается утвердиться в роли единственной армянской политической силы, способной успешно вести страну по пути сбалансированного ведения дел с Россией и Западом. Под тезис правящей партии о необходимости удержания республики от «перекосов», а значит, и от возможной дестабилизации извне стали подгоняться различные вопросы. Не избежал этой участи и проект Абрамяна. Очевидно, что появление главы САР в политической жизни Армении и его заявка на серьёзную роль, подчёркнутый пиетет в отношении В. Путина не могут не настораживать Запад. С учётом всех этих факторов западные круги склонны видеть в Абрамяне угрозу полного перемещения Еревана в орбиту Москвы.
Зарождение любой партии – от подачи учредительной идеи до первых реальных политических шагов вновь созданного объединения – должно пройти проверку временем. Проект Абрамяна ныне пребывает почти исключительно в форме идеи, которая примечательна, скорее, не самой возможностью появления в Армении нового политического игрока, а временем её подачи. Выстраивается определённая последовательность событий. 8 октября президент С. Саргсян издаёт указ о проведении конституционного референдума. 10 октября стартует агитационная кампания сторонников и противников реформы. И уже 14 октября в Ереване со своей идей о создании новой армянской партии выступает Абрамян.
Его проект не мог появиться на пустом месте. Мы склоняемся к мнению, что таким образом из Москвы в Ереван мог поступить следующий сигнал: если РПА с подобным упорством продвигает свою главную цель воспроизводства во власти, то ей надо быть готовой к серьёзной конкуренции в будущем парламенте. При этом вовсе не обязательно, чтобы РПА такую конкуренцию создал именно Абрамян со своей потенциальной партией. В настоящее время больше признаков того, что функция Абрамяна ограничится лишь открытием перед РПА обозначенной перспективы. В Москве нет иллюзий по поводу политических способностей главы САР, наличия у него потенциала стать условным Бидзиной Иванишвили для армянского политического континуума. Но на горизонте могут появиться новые люди (или «почти новые», отошедшие в 2008 году в политическую тень) со своими программами и идеями, для реализации которых до парламентских выборов 2017 года есть значительный запас времени.
Власти инициировали переход к парламентской республике, а значит, возможное появление новых игроков формально укладывается в логику запущенного РПА процесса. Другой вопрос, насколько правящая партия сохранит свои доминирующие позиции в перспективе ближайших полутора лет, когда внутриполитический центр тяжести будет перенесён в русло «партийной демократии».
Предполагается, что у Абрамяна двойное гражданство Армении и России. По некоторым данным – только российское гражданство. И в том, и в другом случае по законодательству Республики Армения запрещается даже членство в политическом объединении, регистрируемом на территории республики. О создании же партии иностранным гражданином или при его юридическом участии не может быть и речи.
