Во что превратилась женщина сделавшая 71 пластическую операцию, оно того стоило? (Фото)

Алисия прославилась романами с Деннисом Родманом, Паф Дэдди, Миком Хакнеллом (вокалист Simply Red), Миком Рурком и др. А также своими пластическими операциями. Точнее, в первую очередь своими операциями, ведь по их количеству она вполне бы могла попасть в Книгу рекордов Гиннеса.

 

 

Как и многие зависимые от пластики (например, Кэти Прайс и Хайди Монтаг), Алисия прошла путь от поклонения пластики и злоупотребления ей, до полного отрицания. По-крайней мере, так она говорит…

 

До:

«Будучи подростком, я не считала себя красоткой, но, оглядываясь назад, вижу, что не считала и уродиной. Я просто полагала, что у пластики нет негативных последствий, и что если я могу заплатить 3000 или 5000 фунтов, чтобы получить идеальную грудь или идеальный нос, почему бы мне этого не сделать?»

 

 

 

 

 

В 2008 году Алисия радовалась, когда ее 12-летняя дочь попросила на день рождения… увеличение груди.

 

«Джорджия составила список желаемых подарков, где рядом с парфюмом от Кейт Мосс и айфоном было увеличение груди. Я удивилась, так как не знала, что она волнуется по поводу своей плоскогрудости. Она такая тихая девочка, мало говорит.

Мама всегда учила меня заботиться о внешности, и я учу Джорджию тому же. Хирургия – сегодняшний уровень ухода за собой».

 

А вот мнение дочери: «Я думаю, что мама выглядит хорошо. На ее примере я вижу: если что-то не совсем в порядке, сделать пластическую операцию – это нормально».

 

Самой Алисии на тот момент было 28. Она только что слетала в США на 12-ю маммопластику, но, недовольная результатом, планировала следующую операцию.

 

 

 

Алисия считает, что с операцией надо подождать до 16 лет.

 

«Думаю, 16-летняя девушка с красивой сексуальной фигурой и под правильным руководством может преуспеть в качестве модели. Вот почему я радуюсь операции Джорджии – это поможет ее карьере. Я привела ее в модельное агентство, когда ей было около 6 лет. Она будет знаменитее Бритни!»

 

 

В 2009 году СМИ писали, что Алисия уже перенесла 15 операций в области груди. Ее зависимость продолжала развиваться.

 

«Я всегда в поисках перемен. Каждые 2 недели посещаю нового доктора. Часто прихожу на консультацию, даже не зная, что хочу сделать и говорю нечто вроде: «Как вы думаете, что неправильно в моей внешности?» или «Что вы думаете о моих глазах?» Я продолжаю надеяться, что в один прекрасный день проснусь, довольная собой».

 

 

 

«Я сделала так много операций, что не чувствую живот, левую грудь и область ниже правой подмышки. Я сделала 15 маммопластик. Я изменила глаза и нос, делала подтяжки лица. Моя философия: если это можно изменить – это будет изменено. Дошло до того, что хирурги в Великобритании отказываются меня оперировать, поэтому я летала в США и обманывала по поводу перенесенных операций».

 

 

 

В этом же году Алисия перенесла костную пластику – укоротила вторые пальцы ног, сделав их короче больших пальцев.

 

«Я знаю, люди подумают, что я сошла с ума. Причем, в медицинском смысле слова. Но я ненавидела свои пальцы, которые были кривыми, значительно длиннее больших и налезали на них».

 

 

 

Кроме того, она удалила ребра: «Я умоляла хирурга удалить ребра, чтобы получить очень тонкую талию. Он велел непрерывно носить корсет, что я и делала в течение 6 месяцев. Но я продолжала умолять провести операцию, что он в конце концов и сделал».

 

 

 

 

 

Но в 2010 году ситуация резко изменилась.Папарацци сфотографировали Алисию Дюваль в таком вот виде и ей пришлось оправдываться.

 

 

«На прошлой неделе я сделала минимальную коррекцию. Операция, которую я перенесла до этого, была самой страшной в моей жизни. Но теперь чувствительность лица восстановилась и это, определенно, последний раз, когда я оперировалась».

 

Причина такого резкого поворота – установка лицевых имплантатов, которые должны были превратить Алисию в подобие Анджелины Джоли. На самом же деле операция привела к повреждению лицевого нерва, что самым печальным образом сказалось на мимике, вызвало проблемы с речью и жеванием.

 

 

 

В 2011 году Алисия забеременела.

 

«Я ненавижу набирать вес, но все это неотъемлемая часть беременности. Хуже всего было потерять кубики на животе, которые я тщательно поддерживала, качая пресс по сто раз в день. Но теперь у меня хотя бы грудь размера 32H. Смотрится невероятно!»

 

 

 

После родов Дюваль спешила вернуться в форму: «Я намерана вернуться к 8-му размеру в течение 6 недель. Собираюсь заниматься каждый день по часу с личным тренером и перейти на диету из смузи».

 

Дважды отлежав в реабилитационном центре из-за зависимости от пластики,Алисия продолжает утверждать, что с операциями покончено.

 

«Пластическая хирургия не помогла мне выглядеть хоть немного лучше и я завязываю. Я изменила образ жизни – ем органическую и вегетарианскую пищу, забочусь о коже. Я больше не хожу в клубы, не пью и не курю. Я теперь совсем другой человек».

 

 

 

В 2012 году Алисия – просто мама.

 

«Бросив пластику, я смогла сосредоточиться на материнстве. Теперь я гораздо больше довольна своей внешностью, но не смотрю в зеркало и не думаю: «Я красивая». Я смотрю и вижу все эти шрамы от неудачных операций».

 

 

В 2013 году Алисия утверждала, что на пластику и инъекции истратила более миллиона фунтов стерлингов. Цель, которую она ставила перед хирургами – совершенство.

 

«Я брала куклу Барби на консультации, чтобы показать, как именно я хочу выглядеть после операций. Я была зависима от пластики, но никто из хирургов не попытался остановить меня. Думаю, им просто были нужны мои деньги. Все деньги, кроме как на образование дочери, я тратила только на пластику. Я ела тосты с овощами и никогда не ездила в отпуск. Я даже уговаривала бойфрендов платить за операции».

 

 

«Я сделала так много операций, что лицо утратило подвижность. Я не могу нормально улыбаться и дышать носом. Если бы я никогда не оперировалась, то выглядела бы гораздо лучше. Даже когда дочь просила остановиться, я ее не слушала, так как верила, что следующая операция все изменит.

 

Я признаю себя ответственной, но врачам, которые оперировали меня, когда я явно была зависима, тоже есть за что ответить. Теперь я знаю, что проблема была не с грудью или с носом, а с тем, как я видела себя. Но они всегда соглашались, что могут улучшить мою внешность.

 

Однажды хирург прислал мейл со словами, что мне нужны импланты и подтяжка лица, хотя я даже не спрашивала о них. Но когда доктор перечисляет операции, которые вам нужно сделать, вы думаете, что он знает лучше. Всякий раз во время реабилитации я уже думала о следующей операции. Потому что каждый раз я видела результат и чувствовала, что он не идеален».

«Хирург, который оперировал меня, когда я была подростком, должен был отправить меня домой, сказав, что с моей внешностью все в порядке. Я смотрю на свои фото до операций и понимаю, что плохо не выглядела. Хотела бы я, чтобы хоть один доктор сказал, что мне нужна помощь психолога. Многие очень хорошие хирурги делали мне реконструктивные операции, но теперь, когда я смотрю в зеркало, все что я вижу – это шрамы».

«Я сидела на антидепрессантах из-за того, что сделала с собой, и мой психотерапевт предположил, что у меня, возможно, дисморфофобия. Меня отправили в реабилитационный центр, где со мной обращались также, как и с другими зависимыми. Со мной много занимались психотерапевты и я должна была построить свою личность с нуля. Возможно, мне понадобятся операции, чтобы исправить нанесенный ущерб, но я не буду оперироваться, если смогу этого избежать».

 

Тем не менее, не так давно ей пришлось обратиться за помощью в реабилитационный центр в третий раз, в результате чего она не оперировалась в течение года.

 

 

 

«Я была младшей из трех сестер, и меня был другой отец, который постоянно нас опускал. Он мог в шутку называть меня уродливой, но у него был тяжелый характер и он часто говорил то же самое в гневе. Это случалось каждый день – мы постоянно ходили вокруг него на цыпочках».

 

 

«У меня возникли проблемы с имплантами на лице и я удалила их все – из носа, скул и области под глазами. Представьте, каково это – впервые держать свою дочь на руках и не иметь возможности улыбнуться. Я была такой эгоистичной. Теперь я мечтаю, что однажды впервые смогу улыбнуться Папайе в ответ.

 

 

 

«Я превратила себя в Франкенштейна. Я была похожа на плохо выглядящего трансвестита. Я была счастлива, когда родилась Папайя, но у меня нет ни одной фото того периода, так ужасно я тогда выглядела.

 

Мне говорили, что я могу не очнуться после анестезии или операция может не сработать и я превращусь в монстра. Но, честно, меня это не волновало. Я была готова поставить свою жизнь на кон, чтобы вернуть лицо. Им пришлось сломать мне челюсть и натянуть мышцы. Им пришлось подрезать уши, а в правую часть челюсти установили болты, чтобы компенсировать повреждение мышц. Также мне сделали разрез под носом, чтобы поднять губу в надежде вернуть улыбку. Меня предупредили, что нет никаких гарантий, как мое лицо будет восстанавливаться после операции. К счастью, улыбка вернулась и я так благодарна – моя младшая дочь Папайя впервые увидела меня улыбающейся».

После окончания реабилитации: 



«Я могу использовать только половину рта, так что мне пришлось учиться пользоваться другими мышцами. Иногда во время разговора ощущения очень странные. Если бы не упражнения с фиксированной клипсой, это бы выглядело, как будто я перенесла инсульт. Иногда мне сложно есть, так как я не чувствую часть губы, поэтому мне приходится быть аккуратной с горячими напитками».

«Если вы недовольны результатом, вы продолжаете возвращаться и делать операции, но когда вы корректируете одно, что-то другое начинает выглядеть плохо. Потому что даже если у вас большой нос, он может уравновешивать ваше лицо. И как только вы уменьшаете нос, ваш подбородок начинает казаться слишком большим. И так далее.

 

В результате я стала как наркоманка. Я шла в буквальном смысле слова на все, чтобы получить операцию. Я тратила на них модельные заработки, истратила деньги из доверительного фонда, истратила все деньги, отложенные на образование дочери. Я работала по 24 часа 7 дней в неделю, только чтобы заплатить за следующую операцию. Я выбирала бойфрендов исходя из того, что они должны будут платить за мои операции. Моя жизнь вращалась вокруг пластики. Если вы перфекционист, это очень опасная игра».

 

На модельных снимках Алисия выглядела вот так. С помощью фотошопа можно, по крайней мере, понять, ради какого результата все это делалось…

 

 

«Сейчас, когда став старше, я осознала, что мое тело – дело рук хирургов, и не бывает ничего постоянного. Имплантаты надо менять каждые 10 лет, так что это мое финансовое бремя на всю жизнь. Надо или удалить их или менять. Это хуже, чем жить в старом доме, который постоянно нуждается в ремонте. А я не хочу делать больше оперироваться, это удручающе».

 

 

Алисия даже предпринимала попытку самоубийства, когда бойфренд, спонсировавший ее, ушел к стриптизерше.

Алисию выселили из арендуемого дома после 3-х месяцев неуплаты и она была вынуждена съехать в дешевый отель. Также она моментально влезла в долги на сумму 40 000 фунтов стерлингов, истратив 25 000 на реконструктивную операцию и удаление лицевых имплантатов. А основной дилер ее линии косметики разорился, не выплатив долг в 27 000.

 

«Дела шли все хуже, хуже и хуже. Я не могла найти выход из ситуации. Все сразу: долги, угрозы, заставившие меня обратиться в суд – люди мне звонили постоянно и я не могла справиться с этим».

 

Тогда Алисия, находясь в отеле и глядя на играющую у кровати 2-х летнюю дочь, наглоталась таблеток, запивая их водкой. Предварительно она оставила в комнате достаточно еды и воды, чтобы малышка не умерла, пока тело матери не будет найдено.

 

«Я пошла в супермаркет и купила самую дешевую бутылку водки, потому что не могла себе позволить ничего дороже. У меня был полный пузырек таблеток. Я стала принимать их, запивая водкой. Папайя была слишком маленькой, чтобы что-то понять. Она сидела на полу с книжками и игрушками. Я написала записку для Джорджии и Папайи. Я постоянно думала, что если умру, то у моих детей будет лучшее будущее. Я была переполнена чувством вины, но не видела выхода. Я думала, что если останусь в живых, то буду тратить еще больше денег на пластику. А если умру, то девочки получат поддержку от своих отцов. Это не было похоже на осознанное решение, скорее – на крик о помощи».

 

Однако смесь водки и таблеток просто отключила Алисию на несколько часов, а через несколько дней после инцидента она пошла в бар и встретила мужчину, которые стал ее спасителем и оплатил долги.

 

«Думаю, людям сложно это понять, но я чувствую себя как кошка, у которой 9 жизней. Я думала, что умру до 30 лет. Но после попытки суицида я поняла, что должна быть сильной. В течение недели после этого я начала бегать в парке и посвящать много времени своему бизнесу. Я стала есть действительно здоровую пищу и делать все, чтобы изменить себя психически и физически.

 

И, как не безумно это звучит, через несколько дней я пошла в бар и встретила там мужчину. Тогда я не знала, что он был миллиардером. Когда я рассказала ему, как низко пала, он предложил мне финансовую помощь. Он снял мне квартиру. Он оплатил мои долги. Я потеряла веру в мужчин, а он восстановил ее. Надеюсь, именно за этого мужчину я выйду замуж. Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, но я чувствую, что начала новую жизнь. Сейчас я хочу быть со своими дочерями, чтобы в будущем они не повторили моих ошибок».

Кстати, о дочках. Старшая дочь Джорджия, унаследовавшая мамин нос и плоскую грудь, передумала делать операцию, о которой мечтала в 12 лет: «Когда я стала старше и осознала, что это опасно, и увидела боль, через которую мама проходит после операций, я стала отговаривать ее. Четыре года назад мне пришлось вызвать скорую – такую боль она испытывала после одной из процедур. Это навсегда оттолкнуло меня от пластики. Мама постоянно была завернуты в бинты, как египетская мумия».

 

 

В 2015 году Алисия обнаружила проблему с ягодичными имплантатами, которые были установлены около 10 лет назад. При помощи сканирования было выявлено, что они порвались. Теперь из-за болевых ощущений Алисия не может сидеть дольше чем 20 минут.

 

«У меня два варианта. Вытащить имплантаты, и тогда я останусь с повисшей задницей, как люди, которые сильно похудели. Или сделать липофиллинг, чтобы заполнить западения, но это было бы тяжело, так как у меня нет лишнего жира. Я просто надеюсь, что смогу найти кого-то, кто мне поможет».

 

 

«Люди годами говорили, что пластика убьет меня. И теперь я действительно могу умереть, если что-то не предприму. В последнее время я постоянно ощущаю себя больной и теперь знаю, что это силикон медленно отравляет организм. Я хожу как 60-летняя женщина – у меня нет энергии. Мой врач сказал, что силикон может попасть в лимфоузлы и спровоцировать аутоиммунное заболевание, то есть я не смогу бороться с болезнями. Мне сказали, что имплантаты надо удалить в течение 6 месяцев или я могу поплатиться жизнью. А когда-то хирург говорил, что с имплантатами моя фигура будет более сбалансированной, так как у меня грудь размера 28HH. Я заплатила 10 000 фунтов стерлингов за операцию».

 

Алисия отвечает на вопрос, что бы она сказала 17-летней себе: «Во-первых, я бы дала пощечину хирургу. И не делала бы пластику вообще. Не могу поверить, что была такой доверчивой и верила всему, что хирурги мне говорили. Они не предупреждали меня о последствиях, о том, что может пойти не так. И о том, что импланты – это не навсегда. И что если вы меняете что-то одно в лице, надо будет изменить и другое, так как важна симметрия».

 

В том же 2015 году, участвуя в реалити-шоу «Большой брат», она сказала: «Я скорее бы умерла, чем жила без сисек. Я не могу без них жить. Жесткая правда в жизни состоит в том, что внешний вид реально имеет значение. Я же была плоскогрудой и не жалею о маммопластике. У меня их было 18. Сейчас грудь мне нравится, но врачам пришлось использовать свиную кожу для реконструкции».