«Признание Нагорного Карабаха — вопрос времени»: Президент НКР Бако Саакян рассказывает о политической ситуации в регионе

«Лента.ру»: В апреле 2016 года обстановка в зоне карабахского конфликта накалилась до предела, и развернулись боевые действия, продолжавшиеся четыре дня. Что же это было: война, провокация или демонстрация силы? И почему все закончилось так же быстро, как и началось?

Бако Саакян: С 2 по 5 апреля 2016 года Азербайджан, вероломно нарушив соглашения 1994-1995 годов о прекращении огня, вел широкомасштабные боевые действия против Нагорно-Карабахской Республики практически по всему периметру границы. По всем своим характеристикам действия Азербайджана можно квалифицировать как войну. Баку планировал посредством блицкрига в кратчайшие сроки силовым путем решить карабахский вопрос. Говоря о четырехдневной апрельской войне, необходимо также учитывать то, что Азербайджан готовился к ней 22 года, проводя агрессивную политику в информационной, дипломатической и военно-политической сферах. Мы неоднократно предупреждали об опасных и трагических последствиях данной политики. К сожалению, предотвратить войну не удалось. И только понеся большие материальные и людские потери, противник был вынужден остановиться.

Какова на данный момент ситуация в Карабахе? Есть вероятность возобновления боевых действий?

Сейчас обстановка в зоне конфликта относительно спокойная. А вероятность новой войны зависит от целого ряда факторов. Самыми главными сдерживающими факторами выступают боеспособность Армии обороны НКР и четкая позиция международного сообщества по поводу неприемлемости силового решения конфликта. Совершенно очевидно, что широкомасштабная и продолжительная война станет катализатором намного более масштабных катаклизмов как на Южном Кавказе, так и в мире в целом.

Россия подчеркнуто активна в процессе урегулирования карабахского конфликта. Как вы расцениваете действия Москвы в качестве посредника и насколько важны для Карабаха взаимоотношения с РФ?

Российская Федерация — одна из трех стран-сопредседательниц Минской группы ОБСЕ, официальной международной структуры, осуществляющей посредническую миссию в урегулировании конфликта. Россия и две другие страны–сопредседательницы, США и Франция, всегда занимали конструктивную и объективную позицию, делали и делают все возможное для поддержания мира и стабильности в регионе и достижения всеобъемлющего урегулирования конфликта. Мы высоко ценим вклад каждой из этих стран. Что касается взаимоотношений с РФ, то они очень важны для нас. Мы связаны с Россией исторически, культурно и экономически. В России проживает самый многочисленный сегмент армянской диаспоры. Все это создает хорошие перспективы для взаимовыгодного сотрудничества. Хочу отметить, что в силу непризнанности нашего государства взаимоотношения с Россией развиваются, в основном, в гуманитарном, научно-образовательном, культурном направлениях, а также в сфере частного предпринимательства силами армянской диаспоры.

Москва сделала важные шаги в рамках права народов на самоопределение, признав независимость Абхазии, Южной Осетии и волеизъявление жителей Крыма. Как вы это расцениваете?

Мы внимательно следим за процессами осуществления права народов на самоопределение в разных уголках мира. Независимость обрели такие государства, как Косово, Южный Судан, Абхазия, Южная Осетия, своим правом на самоопределение воспользовались Квебек, Северная Ирландия, Шотландия, Крым. Совсем недавно народ Великобритании самоопределился относительно своего будущего в Европейском Союзе. Каждый из этих примеров, вне зависимости от результатов, выступает важным политико–правовым прецедентом в практическом осуществлении основополагающего принципа международного права — права народов на самоопределение. Официальный Степанакерт ведет целенаправленную работу по признанию независимости Республики Арцах (Нагорный Карабах — прим. «Ленты.ру»). За последние несколько лет этот процесс приобрел более активный характер.

Вы считаете, что Россия признает независимость Нагорно–Карабахской Республики в обозримой перспективе?

Мы разработали многоступенчатую политику по достижению международного признания. Начали с муниципального и регионального уровней, после чего намерены выйти на общегосударственный. И в этой плоскости у нас уже есть заметные успехи. Так, за признание нашего государства в соответствующих декларациях высказались американские штаты Массачусетс, Род-Айленд, Мэн, Луизиана, Калифорния, Джорджия, Гавайи, австралийский штат Новый Южный Уэльс, Страна Басков (автономное сообщество на севере Испании — прим. «Ленты.ру»), а также целый ряд отдельных крупных городов, таких как мегаполис Лос-Анджелес. Мы продолжим расширять нашу деятельность в этом направлении, и, надеюсь, еще многие административно-территориальные единицы разных государств признают нашу независимость. Несомненно, особый акцент сделаем на признании со стороны отдельных государств. Более того — считаем, что это лишь вопрос времени и кропотливой работы. Нагорно-Карабахская Республика действительно заслужила международное признание. Мы около четверти века строим демократическое государство, не представляющее угрозу международному сообществу или какой-либо отдельно взятой стране.

Карабахский конфликт все еще не разрешен. Каково это — жить в условиях неопределенности и постоянной угрозы возобновления боевых действий? Как это отражается на настроении карабахцев и на экономике республики?

Разумеется, то, что НКР не признана, достаточно сильно влияет на жизнь республики и ее граждан. К примеру, непризнанные государства лишены возможности развивать полноценное сотрудничество с различными странами и международными структурами — со всеми вытекающими из этого последствиями. Самый главный приоритет для нас — построение сильного, демократического, социального и правового государства и обеспечение безопасности наших граждан. Более того, у нашего народа выработался сильный иммунитет к самым большим трудностям. Так уж сложилось исторически, что мы были вынуждены постоянно бороться за свою свободу, независимость, честь и достоинство, выживать и развиваться в суровом геополитическом окружении. А это означает, что непризнанность мы воспринимаем лишь как временную трудность, которую обязательно преодолеем.

Существует ли устраивающее всех решение карабахского вопроса?

Прежде чем ответить на этот вопрос, необходимо уточнить, что надо понимать под словом «всех». Кроме непосредственных сторон конфликта, в процесс урегулирования вовлечены Минская группа ОБСЕ и ее страны-сопредседатели. Все страны-сопредседатели — Россия, США и Франция — предельно четко и неоднократно заявляли, что сами стороны конфликта должны найти решение посредством мирных переговоров. То есть страны-посредники, а это очень влиятельные государства, не намерены навязывать какой-либо вариант урегулирования, исходя из собственных интересов.

Решение должно найтись внутри. Но для этого в первую очередь необходимо восстановить полноценный формат переговоров с участием НКР в качестве полноправной стороны. Кстати, именно этот формат и был официально признан ОБСЕ на Будапештском саммите организации в 1994 году. Кроме того, свою позицию и подходы должен пересмотреть и официальный Баку. Именно деструктивная политика Азербайджана, основанная на реваншизме, — главное препятствие на пути урегулирования конфликта.

Сможет ли Азербайджан изменить свою позицию по НКР?

Думаю, что здесь вопрос касается не только азербайджано-карабахских отношений. Основанная на реваншизме политика рано или поздно приводит к серьезным потрясениям и катастрофе в стране, где эти идеи возведены в ранг государственной идеологии. Поэтому, если Азербайджан хочет избежать подобной катастрофы, он попросту обязан пересмотреть философию своего государственного строительства.

Что может кардинально поменять расклад сил в регионе: изменения политической и экономической ситуации в Баку, позиция Тегерана и Анкары или что-то другое?

Закавказье — весьма чувствительное и сложное пространство. Серьезные потрясения в одном из его регионов или же попытки третьих сил изменить существующий здесь расклад сил чреваты катаклизмами не только и не столько локального, сколько регионального и даже глобального характера. Поэтому поддержание мира и стабильности в данном регионе, в частности, в зоне конфликта, — важный аспект международной безопасности. И то, что сопредседателями Минской группы ОБСЕ выступают страны-постоянные члены Совета Безопасности ООН, наглядное тому подтверждение.