Водитель Жанны Фриске: «Шепелев называл ее родителей дураками»

С октября 2014 года до марта 2015-го. Жанна окончательно вернулась в Россию и жила в доме родителей в микрорайоне Салтыковка города Балашихи. Саму семью знаю уже лет 20. Ольгу Владимировну в свое время учил водить. Мне жаль, что родных Жанны поносят. Они не заслужили...

Она посещала больницу, встречалась с подругами. Чаще всего с Настей Калманович. Все приятельницы твердили ей, что Дима не тот человек, с кем стоит связывать судьбу. Не раз слышал фразу: «Жанна, подумай, тебе это надо?» Но она обожала Дмитрия.

Он часто навещал ее, но редко оставался ночевать. Поздним вечером я отвозил его в центр Москвы, там в Чистом переулке он снимал квартиру. Шепелев говорил, что психологически ему тяжело находиться в доме Фриске. Однажды вышел, сел в машину, выдохнул: «Фу, всю кровь из меня выпили!»

У Дмитрия были натянутые отношения с родителями Жанны. Владимир Борисович требовал с него историю болезни, но Шепелев не рассказывал подробностей и не отдавал бумаги. Думаю, что он изначально знал: вакцина приостановит смерть, но не вылечит. А близкие ошибочно полагали, что Жанну можно исцелить. Однажды вспыхнул такой скандал, что Дима, понимая, что дела плохи, упал на колени перед папой Жанны со словами: «Я люблю вашу дочь!» Владимир Борисович растаял. На Новый 2015 год из Белоруссии даже прилетели Димины родители, чтобы двумя семьями отметить праздник. Но снова не задалось, случился очередной конфликт. Когда я вез Андрея Викторовича и Наталью Александровну обратно в аэропорт, Шепелев объяснял им, что да, мол, Владимир Борисович и Ольга Владимировна – дураки, но главное – Жанна... А этих можно потерпеть. С Наташей он тоже не смог найти общий язык. Сестра Жанны однажды услышала, что Дима назвал ее страшной.

Обходительно. Он понимал, кто такая Жанна Фриске. Меркантильный интерес, конечно же, присутствовал, но будем честными – Дима такой не один. Многие хотели присосаться. Жанна знакомила его с нужными людьми, проталкивала на телевидение.

Сначала показался нормальным, пока однажды не зашел разговор о программе «Достояние республики». Дима обсуждал что-то по телефону и плохо отозвался о своем соведущем Юрии Николаеве, который тогда болел раком. Точно не скажу, но прозвучала фраза типа «старый козел». А я подумал: «Кто ты, а кто Николаев! Человек-легенда». Понял, что он – двуличный тип.

Он сделал Жанне предложение, когда они жили в Латвии. Там она проходила реабилитацию. Дима настаивал на браке на Рижском взморье. Понимал, что ей недолго осталось. Ольга Владимировна пресекла эти разговоры и предложила устроить торжество после выздоровления дочки. Если бы свадьба случилась, то он бы стал наследником первой очереди. А там машины, квартиры, дом…

Да. Дима часто ездил в поселок Лужки, где он строился. Смотрел, как идет ремонт, сам расплачивался с рабочими. На тот момент он уже распоряжался карточкой «Русфонда». Жанна этого делать не могла физически, так как ничего не видела. Она подписывала документы только после того, как я прочитывал их вслух. Мне запомнился случай, когда Дима обсуждал вопросы отделки дома с архитектором, и тот выставил счет на восемьсот пятьдесят тысяч рублей. Шепелев взял карту Жанны и попросил подвезти их к банкомату Росбанка, где снял всю сумму. А вот своих денег у Дмитрия почти не было, он об этом говорил. Даже их ужины в любимом ресторане «Мишель» на Красной Пресне оплачивались из средств Жанны.

Зато неожиданно подловили нас около онкоцентра. В один из мартовских дней в 2015 году мы с Жанной и Димой отправились в больницу на улице Академика Опарина. Я выехал с запасом, учитывая пробки. Когда оказались на месте, Дима посмотрел на часы, занервничал и спросил: «Почему так рано?» Шепелев велел нам с Жанной ждать в машине, а сам выскочил на улицу и начал кому-то звонить. Только через двадцать минут скомандовал, что можем выходить. Мы держали Жанну за руки, и как раз в тот момент нас щелкнули. Когда увидел фото, то был в шоке, ведь на территорию онкоцентра нельзя просто так попасть – нужно накануне заказывать пропуск! Если даже за нами следили до пункта назначения, то внутри они оказаться бы не смогли. Кто-то слил точные дату и время. Это могли сделать либо я, либо Дмитрий...