Политика Эрдогана «Турция превыше всего» - вызов для Байдена

Когда президент Турции Тайип Эрдоган в последний раз принимал Джо Байдена в августе 2016 года,  он только что отправил танки в Сирию. Сидя рядом с Эрдоганом в президентском дворце Анкары, тогдашний вице-президент Байден сказал: «Мы поддерживаем операцию», пишет Reuters.

Авиационная поддержка США помогла этому вторжению, поскольку Вашингтон продемонстрировал солидарность после попытки государственного переворота против Эрдогана. Байден посетил парламент, чтобы увидеть ущерб, нанесенный  при попытке захватить власть.

Спустя почти пять лет Байден стал президентом, и интервенции Эрдогана за рубежом увеличились до такой степени, что Турция завязла во многих сражениях, с которыми Байдену приходится бороться в самом нестабильном регионе мира. Интервью с десятком инсайдеров и официальных лиц из обеих стран показывают, как недели, прошедшие после переворота и визита Байдена, подготовили почву для новой эры проецирования власти Турции, начиная с этого вторжения в Сирию.

Турция проложила себе путь к известности на Ближнем Востоке, в Северной Африке и на Кавказе. На родине Эрдоган начал чистку, которая в конечном  привела к увольнению и арестам 20 000 военнослужащих, и начал концентрировать власть вокруг президентства.

В значительной степени опираясь на тесные личные отношения с предшественником Байдена Дональдом Трампом -  Эрдоган разработал видение того, что один западный дипломат назвал «клубом сильных лидеров, разбирающихся в мире».

Это было видение, которым Эрдоган поделился с Трампом, но не с Байденом, который публично назвал Эрдогана автократом и пообещал американским дипломатам в феврале,  что Соединенные Штаты  будут противостоять наступлению авторитаризма в мире через старомодную дипломатию и создание альянсов.

Это будет нелегко. С 2016 года турецкий лидер совершил еще три вторжения в Сирию, одно из которых было направлено непосредственно против курдских боевиков, сотрудничающих  с США. Он изменил ход гражданской войны в Ливии, закупил оружие у России, оспорил морские претензии европейских соседей в восточном Средиземноморье и поддержал Азербайджана в войне в Нагорном Карабахе.

На выходных Эрдоган внезапно вывел Турцию из конвенции о защите женщин от насилия, что, по словам его союзников из США и ЕС, стало еще одним шагом назад в области прав человека. Он также погрузил рынки в хаос, уволив главу центрального банка, которым восхищались западные инвесторы.

Тем не менее, Турция надеется, что саммит Европейского союза на этой неделе может стать шагом к улучшению напряженных отношений, заявляет правительство. Эрдоган также сказал, что будет стремиться к хорошим отношениям с Байденом, но настаивает на том, что Турция должна защищать свои интересы.

На вопрос, могла ли поддержка США первого вторжения Турции в Сирию стимулировать Анкару в ее военных операциях, Госдепартамент отказался от комментариев.

«США пытаются исправить тот самый статус-кво, который отвергает Эрдоган», - сказал Макс Хоффман, заместитель директора Центра американского прогресса. «Есть очевидное напряжение».

Когда Байден посетил Турцию в 2016 году, страна была в шоке после неудавшегося переворота. Но Эрдоган, увидел возможность в этой суматохе. Он назвал попытку переворота «подарком от Бога» и возможностью очистить армию.

Два близких к нему турецких чиновника говорят, что два инцидента с разницей в четыре года показывают, как власть перешла к президенту.

Когда в 2012 году в  Сирии  сбили турецкий разведывательный самолет, Эрдоган хотел отправить пять турецких самолетов для нанесения ударов по сирийским целям в ответ, но военные отказались,  заявив, что это может привести к эскалации конфликта, к которой армия не готова. Через месяц после попытки государственного переворота 2016 года, когда террорист-смертник «Исламского государства» подорвал свадьбу на юге Турции, Эрдоган был полон решимости нанести удар по исламистской группировке в ее сирийском убежище. На этот раз с помощью США ему это удалось.

Ахмет Давутоглу и Али Бабаджан, которые занимали посты высокопоставленных министров в правительствах Эрдогана,  сообщили Reuters, что начиная с 2016 года президент отстранил от дел министерство иностранных дел, а также генеральный штаб армии. Б

Бабаджан, бывший министр экономики и иностранных дел, отметил, что Турция ранее избегала прямого военного вмешательства.

Бывшие союзники Эрдогана заявили, что смена узкого круга советников ускорила более агрессивную позицию Турции. Официально решения в области безопасности и военные решения принимаются кабинетом и Советом национальной безопасности, но три представителя  службы безопасности, а также дипломаты и аналитики говорят, что Эрдоган полагается в основном на миристра оборона Хулуси Акара, взятого в заложники во время переворота 2016 года, а также начальник разведки Хакана Фидана и официального представителя и советника президента Ибрагима Калина. «Эти люди работают как команда Эрдогана», - сказал сотрудник службы безопасности, который работает с президентом.

Турецкий источник  охарактеризовал мышление Эрдогана как «Турция прежде всего». По  его словам, Анкара устала от сценариев, в которых США или Россия «устанавливают правила, а Турция платит цену».

Например, операция 2016 года в Сирии ограничила успехи курдских боевиков, которых Соединенные Штаты выбрали в качестве партнеров против Исламского государства. Эрдоган продолжал играть двойную роль с Москвой и Вашингтоном. В Ливию Турция направила вооруженные беспилотники, военных инструкторов и сирийских наемников, чтобы отразить нападение на Триполи, которое было поддержано Россией. Он выступил против Москвы через несколько месяцев после того, как Турция купила российские системы противоракетной обороны на 2,5 миллиарда долларов - сделка, которая, в свою очередь, разозлила Вашингтон и привела к санкциям США в отношении оборонной промышленности Турции.

«Было совершенно очевидно, что турки пытались оказать большее влияние в регионе Ближнего Востока, а также в некоторых странах Персидского залива», - сказал генерал Джозеф Вотель, бывший  командующий войсками США на Ближнем Востоке.

Эрдоган также бросил вызов Европейскому Союзу, отправив корабли для разведки природного газа в водах Греции и Кипра. Когда ЕС пригрозил санкциями, Эрдоган проигнорировал угрозы. Помимо непосредственного соседства, Эрдоган создал военные базы в Катаре и Сомали, направив турецкие силы в Персидский залив и Африканский Рог. «Когда были предприняты эти операции, Турция осознала свои собственные возможности и осознала, что ее конкуренты не могут - или не хотят - реагировать», - сказал Озгур Унлухисарджикли, турецкий директор Германского фонда Маршалла в США. «У Турции практически были развязаны руки ... и она поняла, что может изменить реальность  на местах».

Зять Эрдогана Сельчук Байрактар является совладельцем компании Baykar, которая впервые начала производство дронов в Турции. Ее дроны  помогли армии нанести удары по удаленным противникам, не рискуя жизнями военнослужащих в бою, и являются частью самопровозглашенного стремления Анкары развивать независимую оружейную промышленность.

Турция заявляет, что использовала беспилотники против курдских боевиков на юго-востоке Турции и северном Ираке, где развертывание наземных войск опасно. В Ливии ее беспилотники уничтожили российские системы ПВО.  Масштаб и влияние операций привлекли внимание.

«Даже если только половина этих утверждений верна, последствия меняют правила игры», - сказал министр обороны Великобритании Бен Уоллес в речи о будущем авиации в условиях конфликта. Турция развернула средства радиоэлектронной борьбы, легковооруженные дроны и интеллектуальные боеприпасы, чтобы «остановить танки, бронемашины и системы ПВО на их пути».

За пределами поля боя сугубо персонализированная дипломатия Эрдогана изменила ход событий. Он регулярно разговаривал с Трампом,  и эти звонки, по словам советников США, часто отклонялись от сценариев, подготовленных официальными лицами администрации.

Эрдоган усилил эту связь в марте 2018 года после того, как Трамп уволил своего государственного секретаря и советника по национальной безопасности, которые работали над урегулированием спора с Турцией по Сирии. Увольнение заставило Эрдогана вести себя так, как будто контакты с кем-либо, кроме президента, были пустой тратой времени, сказала Фиона Хилл, которая занимала должность старшего директора по европейским и российским делам в Совете национальной безопасности Трампа.

Во время телефонного разговора в декабре 2018 года Трамп был проинструктирован, чтобы предостеречь Эрдогана от операции на северо-востоке Сирии, где турецкий лидер планировал нанести удар по курдам, союзникам США. Вместо этого, воодушевленный Эрдоганом, Трамп пообещал вывести войска США из Сирии и передать ответственность за борьбу с Исламским государством в Сирии Турции.

Это решение, которое позже было частично отменено, удивило даже официальных лиц Эрдогана, сообщили  Reuters источники.

 Эрдоган возобновил переговоры с Грецией по поводу их морского спора, смягчил словесную войну с президентом Франции и преувеличил перспективы налаживания отношений с Египтом и Саудовской Аравией.

Но его вторжения заработали ему врагов, и, поскольку его внутренний круг сузился, опросы показали снижение поддержки его партии, которая полагалась на альянс с националистической партией для получения большинства в парламентских выборах 2018 года.

 15 недавних опросов показали  поддержку Эрдогана на уровне 46%, предполагая, что ему предстоит битва за продление своей власти на третье десятилетие на выборах, которые состоятся в 2023 году.

Более того, он сталкивается с новой администрацией в Белом доме. На прошлой неделе Эрдоган упрекнул Байдена в том, что он  назвал  Путина убийцей, назвав эти комментарии неприемлемыми и неподходящими для президента США.

Через два месяца после вступления в должность Байден так и не позвонил президенту Турции.